Промышленность и энергетика РФ

Топливно-энергетический комплекс России - промышленный портал

Метки: Реформы правительства ельцина гайдара, реформы правительства ельцина гайдара кратко.

Реформы правительства Ельцина-Гайдара — преобразования в экономике и системе государственного управления, совершённые правительством России под руководством Бориса Ельцина и Егора Гайдара в период с 6 ноября 1991 года по 14 декабря 1992 года.

Правительством Ельцина-Гайдара были проведены либерализация розничных цен, либерализация внешней торговли, реорганизация налоговой системы и другие преобразования, радикально изменившие экономическую ситуацию в стране. Результат реформ знаменовал собой переход России к рыночной экономике.

Содержание

Экономическая ситуация перед началом реформ

Как впоследствии докладывал перед Съездом народных депутатов Гайдар, первоочередной проблемой в момент начала работы правительства было не допустить сбоев в системе жизнеобеспечения, прежде всего в поставках продовольствия.[1] По данным, которые приводит экономист Евгений Ясин, нормы отпуска продуктов по карточкам в большинстве регионов к концу 1991 г. составляли: сахар — 1 кг на человека в месяц, мясопродукты — 0,5 кг (с костями), масло животное — 0,2 кг.[2] В коллективном труде ИЭПП, под редакцией Гайдара приводятся такие данные: товарные запасы мяса и рыбы в розничной торговле к концу 1991 года сократились до 10 дней, запасы продовольственного зерна (без импорта) в январе 1992 года составили около 3 млн т, при потребностях в 5 млн т в месяц, в 60 из 89 российских регионов запасы зерна были исчерпаны и производство хлеба шло «с колес» непосредственно после завоза зерна, поступающего по импорту.[3] Ситуация осложнялась тем, что были практически исчерпаны и валютные резервы страны.[2][4][5][6] Покупка зерна за рубежом производилась только за счет внешних займов, при этом у правительства не хватало денег даже на оплату фрахта судов.[7][8] Часть продовольствия поступала в виде гуманитарной помощи стран Запада.[9] Также о критическом положении с поставками продовольствия в ряде регионов говорили поступавшие с мест телеграммы.[10][11]

В письме заместителей министра финансов СССР в Комитет по оперативному управлению народным хозяйством СССР в сентябре 1991 года говорилось: «Учитывая, что большая часть товаров немедленно распродается, практически можно считать, что рубль не имеет на сегодня товарного обеспечения. […] Совокупный бюджетный дефицит по бюджетной системе в целом в зоне обращения рубля составит до 300 млрд рублей. Дефицит такого размера является катастрофой для финансов и денежного обращения. В то же время он не оставляет шансов на существенное реальное выправление положения до конца года…».[12]

В докладе первого заместителя премьер-министра СССР В. Щербакова, датированного 16 августа 1991 года, говорилось, что из расчетов и анализа специалистов Минфина, Минэкономики, Госбанка и Госкомстата СССР, следует, что если не предпринять экстренных мер для стабилизации экономики в течение ближайших 2—4 месяцев, после этого срока единственным сценарием нормализации положения будет немедленная либерализация всех цен и тарифов. При этом спад экономики достигнет 25—30 %, а безработица в пиковые периоды составит 35-40 млн человек.[13][14]

Ряд экономистов и политиков, включая Гайдара, утверждают, что существовала «угроза голода», объясняя этим необходимость немедленной либерализации цен[2][7][15][16][17][18]. Эта мера, по замыслу реформаторов, должна была стимулировать крестьян продавать зерно и другие продовольственные продукты, предприятия поставлять товары в систему розничной торговли. В воспоминаниях Гайдар называет либерализацию цен единственной мерой, дающей шансы на предотвращение катастрофы, подчеркивая, что «Решение было одним из самых рискованных в мировой истории»[7]:135. В своей работе «Смуты и институты» Гайдар писал о безотлагательности этого решения[7]:135:

В октябре 1991 года мы предполагали, что можно отложить либерализацию цен до середины 1992 года, а к тому времени создать рычаги контроля над денежным обращением в России. Через несколько дней после начала работы в правительстве, ознакомившись с картиной продовольственного снабжения крупных российских городов, был вынужден признать, что отсрочка либерализации до июля 1992 года невозможна.

О нехватке зерна и угрозе голода уже в 1991 году писал в своём дневнике помощник М. Горбачёва А. Черняев в марте 1991 года.[19]

Ряд экономистов полагают, что «угрозы голода» не было[20][21][22][23][24]. Экономист Григорий Явлинский (с августа 1991 года — заместитель председателя Комитета по оперативному управлению народным хозяйством СССР) в 2010 году говорил, что «никаких признаков голода не было»[25]. По его словам[25]:

Да, в магазинах было шаром покати, но никаких признаков голода не было. Возникали альтернативные способы реализации многих потребительских товаров.<…> Советская распределительная система умирала на глазах. Но вместо нее появлялась другая — да, она была хаотическая, странная, извращенная, теневая, но собственно объемы продовольствия, бывшие в наличии, не вызывали опасений, что все вот-вот погибнет. У продовольствия ведь есть одно интересное свойство — его надо реализовывать, пока оно не испортилось.

Тему «безальтернативности» решений Гайдара Явлинский считает способом «политического самооправдания»[25].

Главный научный сотрудник Института экономики РАН Ренальд Симонян полагает: «Обойтись без голода удалось не благодаря Гайдару, Чубайсу и Коху, а потому, что русский народ способен приспосабливаться»[26]. Член команды Гайдара Пётр Авен также считал, что «лестное» мнение о «спасении от голода» является преувеличением, поскольку «если государство не будет народу мешать, устраивая, например, войны или вводя продразверстку, то никто не замерзнет и от голода не умрет»[27].

Также экономистами обсуждается общее состояние экономики России к 1992 году. Академик РАН Абел Аганбегян писал, что переход к рыночной экономике осуществлялся «в поистине ужасающих условиях — распада страны, практического безвластия и надвигающейся социально-экономической катастрофы в ходе углубляющегося кризиса». Описывая ситуацию, сложившуюся к началу реформ, академик считает: «никто никогда ни до, ни после России не переходил к рынку в подобных условиях. Никакого опыта здесь не существовало».[28]

Сотрудник Института экономической политики им. Гайдара Кирилл Родионов так описывал положение страны в момент начала работы правительства реформаторов[29]:

В России к моменту начала преобразований оказались полностью разрушены политические институты старого режима, в то время как на становление новых требовались долгие годы. В конце 1991 года Россия была страной без границ, вооруженных сил, национальной валюты, таможни, собственных органов государственного управления. Слабость государственных институтов, присущая периоду революции, наложила отпечаток на процесс реализации реформ: и без того тяжелый период перехода к рынку осложнялся политической нестабильностью, что вылилось в невозможность проведения последовательного курса преобразований.

Однако академик РАН Олег Богомолов писал, что утверждения о критическом состоянии экономики были мифами, которыми Гайдар вооружил пропаганду для оправдания его политики[22]:

Если гайдаровское правительство пришло на развалины экономики, то как объяснить, что при неуклонно продолжающемся дальнейшем спаде производства, особенно в сельском хозяйстве, легкой и пищевой промышленности, удалось накормить страну и удержать ее на плаву? Ответ может быть только один — либо за счет огромных заимствований на Западе, либо в результате проедания несметных природных и других богатств, доставшихся реформаторам в наследство от предшествующего режима. И то, и другое имело место, и именно за счет этого, а не шоковых реформ, удалось выжить.

Начало экономических реформ

О либерализации было объявлено Ельциным в программной речи на Съезде народных депутатов 28 октября 1991 года.[2] Проект президентского указа был подготовлен командой Гайдара 15 ноября. Предполагалось объявить о либерализации цен с 1 декабря 1991 года.[30] Однако затем под давлением других республик бывшего СССР, имевших общую рублёвую зону с Россией, либерализация цен была отложена сначала на 16 декабря 1991 года, а затем на начало января 1992 года.[2][30][31] По мнению академика РАН В. М. Полтеровича, дефицит товаров в СССР, наблюдавшийся в конце 1991 года, был «в значительной мере порожден ожиданием будущих изменений, в частности, резкого повышения цен в результате либерализации, о которой было фактически объявлено ещё в октябре 1991».[32] Либерализация цен была осуществлена 2 января 1992 года. При этом предприятия и учреждения розничной торговли получали право самостоятельно устанавливать цены на свою продукцию, отменялись ограничения на импорт. Вместе с вышедшим вскоре указом о свободе торговли и ускорением приватизации государственных предприятий это означало конец советской командно-административной экономической системы и переход к рыночной экономике.[33]

Расчёт Гайдара на наполнение магазинов товарами, решение проблемы дефицита, оправдался.[15][16][34] В книге к.э.н. Л. Лопатникова приведены данные, что товарные запасы в розничной и оптовой торговле, а также промышленности, составлявшие к январю 1992 года 45 % от уровня декабря 1990 в июне выросли до 75 % этого уровня.[16] В экономике начали действовать рыночные механизмы.[15]

Перед либерализацией цен правительство приняло ряд мер по социальной поддержке малообеспеченного населения. 26 декабря 1991 года вышел указ президента «О дополнительных мерах социальной поддержки населения в 1992 году».[35] В феврале 1992 года был также принят указ о единовременных выплатах малообеспеченным группам населения и вышло правительственное постановление о создании территориальных фондов соцподдержки.[36][37] Как пишет министр экономики в 1992 году Андрей Нечаев были выделены средства на адресную соцподдержку нуждающихся, созданы федеральные и региональные фонды социальной поддержки, открывались благотворительные столовые, из региональных бюджетов выделялись дотации на молочные продукции, основные виды детского питания и некоторые услуги. Но, по словам Нечаева, «компенсировать для всех и полностью повышение цен было невозможно».[38]

Вторая проблема, вставшая перед правительством Гайдара — расстройство системы денежного обращения. В последние годы существования СССР для финансирования внутренних расходов широко использовалась денежная эмиссия.[39] Последствиями этой политики были неудовлетворенный спрос, увеличение накоплений частных лиц, дефицит. После отпуска цен избыток неотоваренных денег должен был привести к резкому повышению цен, создавая угрозу гиперинфляции. Финансовая стабилизация в этих условиях осложнялась тем, что бывшие советские республики теперь могли самостоятельно эмитировать рубли, расплачиваясь ими с российскими предприятиями. Это увеличивало денежную массу внутри России.[40] Проблема была решена только к середине 1992 года, когда для расчётов с другими республиками СНГ, входившими в рублёвую зону, были введены корреспондентские счета.[41][42][43] Для борьбы с инфляцией правительству России приходилось резко сокращать государственные расходы, обеспечивавшиеся печатанием денег. Средства на закупку вооружений сокращались в 7,5 раза, централизованные капиталовложения — в 1,5 раза, ценовые дотации — почти в 3 раза.[3] Ещё одной мерой финансовой политики стало введение налога на добавленную стоимость.[3][44] Административное регулирование внешней торговли заменялось введением пошлин и тарифов.[45] Эти решения дали возможность свести бюджет первого квартала 1992 года без дефицита.[16][46] При этом фактическое исполнение бюджета на первый квартал произошло с дефицитом составившим 2 % ВВП, без масштабной денежной эмиссии.[41]

Согласно официальным данным Росстата в январе 1992 года, сразу после либерализации, цены выросли в 3,5 раза (на 345,3 %) за месяц.[47] В феврале инфляция опустилась до 38 % за месяц, а в мае оказалась равной 11,9 %.[47] С уменьшением инфляции в первом полугодии 1992 года росла поддержка правительства Гайдара. В книге экономистов В. Мау и И. Стародубровской утверждалось: «По данным московской службы „Мнение“, поддержка деятельности Е. Гайдара во главе правительства составляла 39 % в феврале (инфляция 27,3 %), 49 % в июле (инфляция 7,1 %) и 31 % в сентябре (инфляция 15,2 %). Схожие данные приводит и ВЦИОМ[48]:318

В коллективном труде под редакцией Р. М. Нуреева утверждается, что вследствие либерализации цен к середине 1992 года российские предприятия остались практически без оборотных средств.[49] Как писал экономист Д. В. Кувалин, обесценивание оборотных средств способствовало острейшему кризису взаимных неплатежей между предприятиями.[50] Из-за неплатежей стали стремительно расти долги по зарплатам и возникла угроза остановки жизнеобеспечивающих производств: водоснабжения, электроэнергетики, транспорта и т. п.[50] Таким образом, проблема неплатежей стала одним из главных факторов, определявших в то время экономическую ситуацию в России.[50]

Министр экономики в 1992 году Андрей Нечаев пишет, что «Главной причиной кризиса неплатежей стала структурная несбалансированность экономики, наличие огромного количества неконкурентноспособных в рыночных условиях производств и низкая эффективность банковской системы».[51] По словам Нечаева команда главы центробанка Матюхина не смогла технически обеспечить быстрые проводки платежей между предприятиями, в результате чего приход средств на счета задерживался. В условиях высокой инфляции такие задержки оборачивались крупными потерями и дефицитом оборотных средств предприятий.[51] Гайдар также указывал, что впоследствии динамику неплатежей изменило распространение процедуры банкротства, которая в 1992 году не применялась и была введена только с 1 марта 1993 года.[52][53]

VI Съезд народных депутатов и изменения в экономической политике

6 апреля 1992 года открылся VI Съезд народных депутатов, который Е. Гайдар назвал «Первой фронтальной атакой на реформы».[31] Сокращение государственных расходов привело к формированию оппозиции реформам в лице промышленного и аграрного лобби, имевшего широкое влияние в Верховном Совете и на Съезде.[48][54][55] Разворачивается борьба вокруг увеличения дотаций и кредитов промышленности, сельхозпредприятиям.[55][56] 11 апреля 1992 года Съезд принимает постановление «О ходе экономической реформы в Российской Федерации», в котором:[57]

  • отмечает целый ряд проблем в экономике: спад производства, разрушение хозяйственных связей, резкий спад жизненного уровня населения, рост социальной напряжённости, нехватка денежной наличности;
  • отмечает, что правительство не создало эффективно действующих экономических рычагов и теряет управление государственным сектором народного хозяйства, а также недостаточно эффективно взаимодействует с соответствующими органами власти и управления, руководителями предприятий, представителями трудовых коллективов и профсоюзных объединений;
  • предлагает президенту России внести существенные коррективы в тактику и методы осуществления экономической реформы с учетом замечаний и предложений, высказанных народными депутатами на шестом Съезде народных депутатов, и представить до 20 мая 1992 года Верховному Совету Российской Федерации перечень мер, направленных на приоритетное решение, в частности, следующих задач: недопущение критического спада производства, предотвращение массовой безработицы, наращивание производства товаров народного потребления и особенно продовольствия, достижение финансовой стабилизации, ослабление налогового бремени, ориентация налоговой политики на стимулирование развития ведущих отраслей экономики, активное проведение структурной, инвестиционной и конверсионной политики, поддержка бюджетных отраслей, осуществление действенных мер по борьбе со спекуляцией, коррупцией и мафиозными структурами, обеспечение участия широких слоев населения в приватизации и многообразия её форм с целью увеличения числа собственников, целевая ликвидация взаимных неплатежей промышленных и сельскохозяйственных предприятий.

Позднее, Гайдар в воспоминаниях так описывал принятие решений Съездом: «Практически с голоса, без обсуждения, без анализа материальных возможностей принимаются постановления, которыми правительству предписано снизить налоги, увеличить дотации, повысить зарплаты, ограничить цены. Бессмысленный набор взаимоисключающих мер»[31]

В ответ на постановление Съезда, правительство во главе с Е. Гайдаром передаёт президенту заявление об отставке. 13 апреля Гайдар оглашает это заявление в пресс-центре Съезда. В нём, в частности, говорилось[58]:

Совокупность требований, заявленных Съездом, обрекает страну на гиперинфляцию, означает приостановку процесса приватизации и свёртывание аграрной реформы. Предложения снизить налоги и одновременно увеличить социальные и другие выплаты невыполнимы и могут привести лишь к развалу финансовой системы. <…> Неизбежным результатом осуществления решений Съезда будет катастрофическое падение уровня жизни, голод, социальные потрясения и хаос.<…> Мы не считаем себя вправе идти по пути безответственного популизма, когда под предлогом защиты населения происходит его ограбление в результате ускорения инфляции.

Согласно расчётам правительства в случае выполнения постановления депутатов бюджетные расходы должны увеличиться до 1,2 трлн рублей, а инфляция составит 300—400 % в месяц.[16][55] В тот же день на вечернем заседании Съезда Гайдар и другие министры демонстративно покидают зал, после слов спикера Р. Хасбулатова «Ребята растерялись», обращённых к правительству России.[55]

15 апреля Съезд идёт на уступки[55] и принимает Декларацию «О поддержке экономической реформы в Российской Федерации», в которой поддерживает действия правительства, направленные на принципиальные преобразования экономики, а постановление от 11 апреля предлагает выполнять «с учетом реально складывающихся экономических и социальных условий».[59]

Однако президент и правительство тоже вынуждены идти на компромиссы.[60] В мае-июне, выполняя договорённости, достигнутые на Съезде, Б. Ельцин назначает в правительство представителей «красных директоров» — Владимира Шумейко, Георгия Хижу (последний, как сказано в воспоминаниях Андрея Нечаева, придя в правительство, активно занимался лоббированием выдачи кредитов промышленности, которые, в условиях высокой инфляции, фактически являлись формой дотирования предприятий из бюджета[61]), без ведома Гайдара министра топлива и энергетики Владимира Лопухина заменяют на главу Газпрома Виктора Черномырдина.[55][60] По утверждению члена правительства Петра Авена то, что Ельцин согласился на размен министров из «команды Гайдара» на кандидатуры оппозиции, для правительства «стало шоком».[60]

Первая попытка финансовой стабилизации, основанная на сокращении государственных расходов и введения новых налогов, заняла 3-4 месяца и привела к снижению инфляции в апреле-мае 1992 года.[41][47][62] Затем под давлением Верховного совета и директоров предприятий, жесткая денежная политика правительства смягчается.[16][41][63][64] Как пишет Андрей Нечаев «К маю 1992 года мы столкнулись с тем, что навязанные нам финансовые обязательства лишь на треть могли быть покрыты за счёт реальных источников доходов бюджета».[65] Правительство поднимает зарплаты бастующим шахтёрам, по настоянию Верховного совета выделяется 600 млрд рублей льготных кредитов на развязку кризиса неплатежей.[66] По утверждению Гайдара в июле «Верховный Совет за два часа с голоса принимает поправки, увеличивающие финансовые обязательства государства и бюджетный дефицит на 8 % ВНП».[31] В июле меняется руководство Центрального банка. Новый руководитель ЦБ Виктор Геращенко не поддерживает курс на сокращение расходов, продвигаемый Гайдаром, проводит взаимозачёты долгов предприятий, на основе разовой кредитной эмиссии около 1 трлн рублей.[16][40][50][67] Это даёт временный эффект и приводит к увеличению инфляции. Осенью проблема неплатежей возникает снова.[50][66] В целом объём кредитов Центрального Банка увеличился во втором полугодии в 2,9 раза.[64] По мнению 4-го министра экономики России д.э.н. Е. Ясина, «с приходом Геращенко в Центробанк первая попытка финансовой стабилизации была окончательно сорвана».[41] Летом 1992 г. на увеличении расходов также сказывается сезонный фактор[68]: выделяются кредиты для обеспечения Северного завоза, Верховный совет одобряет решение о масштабных кредитах сельхозпроизводителям под уборку урожая.[62] Ускоряется рост денежной массы и инфляции (с 8,6 % в августе до 22,9 % в октябре).[47] С осени правительство вынуждено вновь резко сокращать расходы, чтобы не допустить гиперинфляцию.[64] Дефицит бюджета снизился с 10,8 % ВВП в августе до 4,4 % ВВП в октябре.[64] Как утверждается в книге экономиста В. Мау эти усилия привели к заметному снижению инфляции весной 1993 года.[48]

Основные меры принятые правительством

Министр экономики в 1992-1993 гг. Андрей Нечаев перечисляет следующие основные меры, принятые правительством Ельцина-Гайдара:

  • С целью преодоления угрозы голода и тотального дефицита товаров:

- либерализация цен;

- разрешение свободы торговли;

- либерализация внешнеэкономических связей,

- урегулирование внешнего долга и открытие западных кредитных линий;

- переход к адресной социальной поддержке малоимущих.


  • С целью нормализации финансов и подавления инфляции:

- сокращение бюджетных расходов, в первую очередь, несвязанных с социальными задачами: государственных инвестиций – в 1,7 раза, закупок вооружений – в 5 раз, сокращение армии,

- резкое сокращение дефицита бюджета и его финансирования за счет кредитов Госбанка,

- налоговая реформа, включая введение НДС и налогов на добычу нефти,

- введение российской валюты,

- отказ от разделения бюджета на валютную и рублевую составляющие,

- упорядочение финансовых взаимоотношений центра с автономными республиками и областями.


  • Структурная перестройка экономики:

- переход от плана к госзаказу,

- конверсия оборонной промышленности,

- переход на коммерческие основы в экспорте вооружений;

- поэтапный переход на рыночные принципы и мировые цены в торговле с бывшими союзными республиками;

- принятие закона о банкротстве,

- создание основ частно-государственного партнерства в инвестиционном процессе,

- переход от «бесплатных» государственных инвестиций к инвестиционным кредитам.


  • Создание основ рыночного хозяйства:

- либерализация хозяйственных связей между производителями;

- приватизация и создание инвестиционных институтов,

- создание фондового рынка и его институтов (биржи, инвестиционные компании и др.),

- введение конвертируемости рубля,

- поэтапный отказ от административного регулирования экспорта сырьевых товаров;

- создание негосударственных пенсионных фондов,

- создание основ страховой медицины.


  • Создание и развитие российских государственных институтов и международные дела:

- объединение союзных и российских ведомств и Госбанка,

- создание российской армии,

- взятие под контроль и упорядочение государственной границы России,

- создание таможенной службы,

- перестройка налоговой службы,

- проведение административной реформы,

- создание Совета безопасности России,

- развитие судебной системы, в первую очередь, арбитража,

- перевод под российскую юрисдикцию посольств и других загранинститутов, а также зарубежной собственности СССР,

- обеспечение правопреемства России по отношению к СССР в международных делах, включая членство в ООН и большой «восьмерке»,

- создание институтов СНГ,

- вступление в МВФ и ВБ,

- завершение вывода войск из стран Восточной Европы и Прибалтики.

— Андрей Нечаев. Реформы Гайдара: Мифы и реальность

Итоги работы правительства

Достижения правительства

К моменту отставки Гайдара в декабре 1992 года, возглавляемое им правительство достигло следующих результатов:

  • Преодоление товарного дефицита и восстановление потребительского рынка в первой половине 1992 года.[16][48]
  • Реорганизация налоговой системы.[48]
  • Начало процесса приватизации.[16]
  • Либерализация внешней торговли.[16]
  • Легализация владения и свободного обмена иностранной валюты (введение внутренней конвертируемости рубля).[48][69][70]
  • Начало аграрной реформы — реорганизация колхозов и совхозов.[71]
  • Реструктуризация ТЭКа и создание нефтяных компаний.[72][73]
  • Достижение договоренностей о выводе ядерного оружия из Белоруссии, Украины и Казахстана.[74][75]
  • Резкое сокращение расходов на закупку военной техники и боеприпасов.[76]

Также по мнению экономистов И. Стародубровской и советника и. о. председателя правительства Гайдара в 1992 г., ректора АНХ В. Мау:

  • Остановка процессов дезинтеграции России.[38][48][77]
  • Недопущение обвального роста безработицы.[48]

Ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев отмечал, что Гайдар создал государственные институты современной России: налоговую систему, таможню, банковскую систему, финансовый рынок.[78] Также, как пишет д.и.н. Александр Безбородов, правительство Гайдара осуществило реформу системы заработной платы в бюджетной сфере, приняло меры по социальной защите малообеспеченного населения, повысило пенсии по старости.[63]

В результате деятельности правительства Е. Гайдара произошёл переход от плановой к рыночной экономике.[33]

Последствия либерализации цен

Последствия либерализации экономики были двоякими.[34] С одной стороны к концу 1992 года был преодолен товарный дефицит[54], были запущены рыночные механизмы в российской экономике.[34]

С другой стороны, как утверждают экономисты Римашевская и Волконский, либерализация привела к резкому росту цен[79][80], росту неплатежей,[80] а также, по мнению Римашевской, к обесценению заработной платы, обесценению доходов и сбережений населения, росту безработицы и усилению проблемы нерегулярности выплаты заработков.[79] Также Волконский считает, что разрушение советского государственного аппарата регулирования цен и либерализация цен привели к огромным диспаритетам в ценах и финансовом положении предприятий и отраслей.[80] По мнению ряда экономистов, в условиях монополизированной экономики либерализация цен фактически привела к смене контролирующих цены органов: вместо государства этим стали заниматься сами монопольные структуры, что привело к резкому повышению цен и снижению объёмов производства.[25][80][81]

Экономист, бывший член правительства Гайдара Сергей Глазьев утверждал, что не сопровождавшаяся созданием сдерживающих механизмов либерализация цен, привела «не к созданию механизмов рыночной конкуренции, а к установлению контроля над рынком организованных преступных групп, извлекающих сверхдоходы путем взвинчивания цен», к тому же допущенные ошибки «спровоцировали гиперинфляцию издержек, которая не только дезорганизовала производство, но и привела к обесценению доходов и сбережений граждан».[82]

Евгений Ясин писал, что либерализация запускает механизмы структурной перестройки экономики. Эта перестройка сопровождается кризисом и спадом, закрытием неконкурентноспособных производств. Однако новые цены реально отражают спрос и стимулируют переход ресурсов, высвободившихся из планового хозяйства, в конкурентоспособные отрасли. Во второй фазе перестройки начинается реконструкция и подъём производств, рост доходов и инвестиций.[83]

В статье бывшего сотрудника МВФ, экономиста Олега Гаврилишина, на основе сравнения результатов рыночных реформ в разных странах, утверждается, что негативные эффекты перехода к рынку не следует связывать с либерализацией, наоборот, эти последствия в России усилились из-за прерванного характера «шоковой терапии» и незавершённой финансовой стабилизации.[84] Гаврилишин пишет, что «наилучший путь с точки зрения институционального развития — не медлить с либерализацией. Страны, уже на первом этапе предпринявшие быстрые шаги по макроэкономической стабилизации и либерализации, построили и более совершенные институты».[84]

Трансформационный спад

Переход к рынку во всех странах, кроме Китая и Вьетнама, сопровождался падением производства и ВВП в результате трансформационного спада.[85][86] Как писали экономисты O. Blanchard и M. Kremer, особенностью перехода к рыночной экономике является дезорганизация хозяйственных связей, действовавших в старой экономической системе, тогда как для выстраивания новых экономических связей требуется время.[87] Олег Гаврилишин и Ron Van Rooden также указывали на необходимость изменения структуры производства, переориентации производителей на платёжеспособный спрос, прежде чем в переходной экономике начнётся экономический рост.[88] Сравнивая результаты реформ в странах Восточной Европы и СНГ Гаврилишин приходит к выводу, что быстрые реформы («шоковая терапия») предпочтительнее постепенных.[84]

Экономист из Стэнфордского университета Джон Макмиллан, сравнивая опыт Китая, Индии и России, напротив, полагает, что постепенные реформы китайского и индийского образца дают лучший результат, чем быстрые.[89] Также ставит в пример Китай академик РАН Олег Богомолов, писавший, что «верный и менее болезненный путь перехода к рынку — отнюдь не шоковая терапия, а целеустремленное и неуклонное развертывание рыночных институтов и инструментов в двухсекторной экономике». При этом Богомолов подчеркивает, что «нет серьёзных доводов» против того, что китайская модель пригодна в России.[22] Американские экономисты Джэффри Сакс и Винг Ву, в статье, посвящённой сравнению реформ Китая и России, утверждают, что китайский опыт не был применим для СССР, так как страны имели разную структуру экономики: в Китае отсутствовала развитая промышленность, большинство населения к началу реформ работало в аграрном секторе.[90][91] Егор Гайдар в книге «Долгое время» писал, что СССР мог пойти по китайскому пути в конце 20-х годов, до начала индустриализации (за этот путь выступала «правая оппозиция в ВКП(б)»)[92].

Егор Гайдар говорил, что «предпочел бы мягкие, постепенные реформы»[93]. По утверждению Гайдара, программа таких реформ, на основе венгерского и китайского опыта, была подготовлена его группой в 1985 году, но не была принята, что и привело к экономической катастрофе[94]:

К 1991 году дошло до полномасштабной экономической катастрофы, банкротства страны, и развала потребительского рынка. К этому времени говорить о градуалистских реформах по китайско-венгерской модели могли только клинические идиоты.

Сергей Гуриев также утверждал, что к моменту прихода в правительство Гайдара уже не было возможностей для постепенных реформ.[78] Профессор РЭШ Константин Сонин, описывая дискуссию экономистов 1990 года и последующие выводы, пишет: «Несмотря на то, что до начала 1991 года обсуждалось множество способов постепенного „отпуска“ цен, никакой разумной альтернативы действиям российского правительства осенью 1991 года — подготовки практически полной либерализации цен и внешней торговли с целью немедленного наполнения потребительского рынка товарами, включая продукты питания, — пока не было предложено даже в ревизионистской литературе».[95] Однако академик Виктор Полтерович аргумент сторонников «шоковой терапии» о том, что к концу 1991 года «отсутствовала возможность реализации градуалистских стратегий» называет неубедительным[96]. По словам Полтеровича, дефицит на потребительском рынке в значительной мере был вызван ожиданием резкого повышения цен в результате либерализации[96].

Кандидат экономических наук И. Минервин[97], описывая дискуссию о темпах реформ, утверждает, что «Большинство специалистов, однако, выступили за более умеренные темпы, эволюционность проведения реформ (в том числе Л. Клейн, Я. Корнаи, М. Голдман, Дж. Стиглиц и многие другие)»[98].

Гайдар также указывал на то, что переход к рынку в России осложнялся распадом СССР, сопровождавшимся крахом всех институтов советской власти, длительностью периода, при котором отсутствовали рыночные отношения, отсутствием традиции деловых отношений и эффективной системы судопроизводства, наличием гипертрофированного военно-промышленного комплекса и нерентабельных социалистических производств.[99] Также Гайдар писал, что формирование рынка протекало в ожесточенной борьбе со старой хозяйственной номенклатурой.[99] Историк А. Безбородов связывает неудачу в борьбе с инфляцией, с сопротивлением «старой» хозяйственной элиты, заинтересованной в бюджетных деньгах и имевшей влияние в Верховном совете.[54][63] Анализ российских реформ, как цепочки компромиссов между реформаторами и различными группами интересов (номенклатурой, трудовыми коллективами и промышленным лобби) был проведён экономистами Шлейфером и Трейсманом.[95][100]

Как пишет Е. Ясин, нерентабельность многих социалистических производств в условиях рынка, огромный военно-промышленный комплекс, незавершённость финансовой стабилизации и другие факторы привели к продолжению спада производства и ухудшения уровня жизни.[83] По мнению Руслана Гринберга, «разочаровывающие итоги системной трансформации» прежде всего обусловлены попытками реализовать неолиберальную стратегию и лишь во вторую очередь — трудными стартовыми условиями.[101]

Падение объёма инвестиций

В 1992 году произошло падение объёма капитальных вложений на 40 % по отношению к предыдущему году.[102][103] Профессор экономики Калифорнийского университета Майкл Интрилигейтор относит «истощение инвестиций с вытекающей отсюда эрозией основного капитала» к одному из последствий провала макроэкономической стабилизации и связанных с этим спада и инфляции[104].

Первый министр экономики России Андрей Нечаев пишет, что в 1992 году деньги приходилось выделять не по принципу «куда бы хотелось», а по принципу «куда нельзя не дать». Был принят наиболее жёсткий вариант сокращения капвложений, из которого были вычеркнуты все долгострои, начатые в СССР, и оставлены объекты, необходимость которых была очевидной. В то же время, как пишет Нечаев, одним из аргументов в пользу такого сокращения было то, что из крупных объектов, в которые инвестировались деньги в последние годы существования СССР, в 1991 году в строй не ввели ни одного. Деньги, по словам Нечаева, по большей части уходили «в песок».[105]

В статьях 1990-1991 гг. в журнале «Коммунист» Гайдар писал, что увеличение капитальных вложений в эти годы было одной из основных причин инфляции. При этом большое количество вновь начинающихся строек сочеталось с регулярным срывом ввода объектов в эксплуатацию, ростом числа законсервированных и остановленных строек, закупленного, но не установленного оборудования. Экономическая эффективность инвестиционных проектов не подтверждалась экспертизами.[106][107]

Последствия либерализации внешней торговли

Как указывал академик Виктор Полтерович, либерализация внешней торговли была проведена в 1992 году совместно с либерализацией внутренних цен, однако внутренние цены не приблизились к своим равновесным значениям[96]. Это привело к крайне негативным последствия для страны:

  • Продажа сырьевых ресурсов (нефть, топливо, цветные металлы) в условиях огромной разницы мировых и внутренних цен, низких экспортных тарифов и слабого таможенного контроля стала сверхприбыльной, обеспечивая доходность в десятки тысяч процентов. В результате инвестиции в развитие производства потеряли смысл. Экономические субъекты стали стремиться получить доступ к внешнеторговым операциям. Эти обстоятельства способствовали росту преступности, коррупции, неравенства, повышению внутренних цен и спаду производства[96].
  • Поток относительно дешевых потребительских товаров из-за рубежа привёл к обрушению российской лёгкой промышленности[96].

Андрей Нечаев писал, что проблема неравновесности внутренних и внешних цен в России учитывалась при разработке тарифов и пошлин на внешнеэкономическую деятельность. Приходилось рассчитывать такие тарифы, чтобы не опустошить внутренний рынок из-за вывоза сырья и в то же время дать возможность преодолеть дефицит товаров, создать конкуренцию на внутреннем рынке и наполнить бюджет. По его словам «в целом наши товаропроизводители тогда особых нареканий на установленные импортные тарифы не высказывали».[45] В то же время полная либерализация импорта была связана с необходимостью преодоления товарного дефицита.[108]

В коллективном труде ИЭПП «Экономика переходного периода» под редакцией Гайдара в качестве последствий либерализации внешней торговли называются[109]:

  • Создание конкурентной среды на сверхмонополизированном внутреннем рынке.
  • Компенсация резкого спада производства в российской промышленности.

Также указывается, что правительством были приняты вынужденные меры для сдерживания экспорта энергоносителей, чтобы не создать их дефицит на внутреннем рынке, где цены на них не были либерализованы. В целом экспорт нефти и газового конденсата в 1992 году сократился на 19 %.[109]

Рост преступности и коррупции

Академик В. Полтерович утверждал, что на российские реформы, вызвавшие «полное обесценение сбережений в 1992 г., резкое падение жизненного уровня, невыплаты заработной платы, фактическое разорение большинства предприятий несырьевого сектора на начальном этапе» население «ответило взрывной интенсификацией неуправляемых перераспределительных процессов — ростом теневой экономики, коррупции, преступности».[96]. По его словам, «правительство даже не пыталось найти адекватные меры, чтобы сдержать эти процессы»[96]. Полтерович также пишет, что рост преступности, в частности, был вызван недостаточной компенсацией ущерба от реформ проигравшим группам экономических агентов[110]. В противовес российским реформам Полтерович указывает на успешный опыт преобразований в Восточной Европе[110].

Анализируя итоги реформ, социолог Ренальд Симонян приходит к выводу, что правительство Гайдара «простимулировало создание коррумпированного государства»[26]. Гайдар, поднимая тему коррупции, писал, что "размах номенклатурного разворовывания в 1990—1991 годах намного превосходил всё, что мы имели на этой ниве в 1992—1994 годах.[111]

Последствия для оборонно-промышленного комплекса

В 1992 году объём закупок вооружения и военной техники были сокращены на 67 %[112].

Министр экономики в правительстве Гайдара Андрей Нечаев рассказывал, что старался сохранить затраты на НИОКР в оборонной сфере и создал систему конверсионных кредитов по льготным ставкам для производств ВПК, но финансирование оборонной промышленности пришлось сокращать. Нечаев описывал свой опыт посещения одного из военных производств — завода «Омсктрансмаш», директор которого требовал финансирование: «я увидел сюрреалистическое зрелище: просека в тайге, и сколько хватает глаз — стоят припорошенные снегом танки, и ряды их уходят вдаль куда-то. Сколько их там было? Тысячи, десятки тысяч. <…> Я не выдержал и закричал: „Подлец, ведь тебя же судить и расстреливать надо. Танков стоит на три больших войны, а он ещё денег просит у нищей страны, чтоб клепать их дальше“». Финансирование выделено не было. Нечаев признаёт: «Понятно, что это была для завода катастрофа».[113] Нечаев пишет, что правительство старалось сохранить технологию производства уникальных вооружений, помогало военным предприятиям выйти на внешний рынок и запускало программы конверсии лишних военных мощностей.[76]

Президент Лиги содействия оборонным предприятиям (представлявшей ОКБ Сухого, НПО «Союз», ЦАГИ, НПО «Антей») Алексей Шулунов писал, что с 1992 года был разрушен порядок финансирования и проведения оборонных НИОКР[114]. Это привело к деградации и распаду научных коллективов, из которых уходили молодые перспективные кадры. Подобные действия реформаторов в сфере ВПК Шулунов считает как минимум «крупнейшей ошибкой», если не чем-то другим[114]. Доктор экономических наук Евгений Борисов охарактеризовал влияние реформ на ВПК как разрушительное: «Начало коренных экономических преобразований было ознаменовано „обвальным“ разрушением оборонно-промышленного комплекса»[115].

Сотрудник министерства экономики в 1992 году, министр экономики в 1997—1998 гг. Яков Уринсон рассказывал, что несмотря на недостаток финансовых средств, взаимодействуя с руководителями ОПК «всё же удалось сохранить и даже укрепить потенциал ключевых предприятий ОПK», сформировать адекватную новым условиям методику мобилизационного планирования, систему согласования и утверждения оборонного заказа. По словам Уринсона был создан новый подход к развитию ОПК в рыночных условиях, использующий «предельно возможный из макроэкономических соображений уровень военных расходов» в процентах от ВВП, при увеличении доли расходов на НИОКР.[116]

Генеральный директор ОАО «„Корпорация“ Радиокомплекс» Владислав Фадеев характеризует действия правительства как некомпетентные, отмечая, что по ВПК «первый удар был нанесен в 1992 году с приходом Гайдара»[117]. Критикуя действия правительства Гайдара в оборонной сфере член Совета по внешней и оборонной политике Виталий Шлыков, называет следующие ошибки: сохранение неоправданно высокого уровня военного производства и оборонного заказа; отсутствие реструктуризации и перевода в резерв оборонных предприятий, сокращение покупательного спроса на потребительские товары и производственное оборудование. Решающим препятствием для демилитаризации экономики Шлыков считает снятие ограничение на импорт потребительских товаров. При этом именно ВПК, по мнению Шлыкова, надо было подвергнуть «шоковой терапии».[118] О деструктивном влиянии реформ Гайдара говорил председатель Комитета Госдумы по экономической политике Юрий Маслюков[119].

Продолжение падения уровня жизни

Продолжившиеся в 1992 году снижение уровня жизни и рост бедности начались за несколько лет до формирования правительства реформаторов.[120] Средние реальные доходы населения в 1992 году сократились почти в два раза по сравнению с уровнем 1991 года,[121] у трети населения (42,6 млн человек[120]) доходы опустились ниже прожиточного минимума.[34] Как пишет директор ИСЭПН РАН Н. М. Римашевская, снижение в 2—3 раза текущих доходов населения и «экспроприация их сбережений» стало нарушением прав граждан на приемлемые условия существования[122]:186. Но денежные доходы населения в 1991 году не обеспечивались товарами на полках магазинов.[123][2][16] По данным, которые приводит Гайдар со ссылкой на архивный документ, товарные запасы в стабильных ценах на сентябрь 1991 года составляли 14 копеек на 1 рубль денежных средств населения, а прирост номинальных доходов к уровню 1990 года в 1991 году оценочно составил 517 %.[124][125]

В статье социолога Валентины Сычёвой говорилось, что после гайдаровской либерализации цен «бедность стала самой болезненной проблемой населения», а в течение 1992 года и в начале 1993 года «практически во всех сферах жизнеобеспечения населения произошли резкие изменения в худшую сторону»[120]. Опрос ВЦИОМ в сентябре 1992 года о материальном состоянии семьи показал, что 54 % россиян «еле сводили концы с концами», 31 % — «жили более или менее прилично», 9 % «жили за гранью бедности» и лишь 4 % не испытывали затруднений[120]. Опрос Института социологии РАН в декабре 1992 года 38,2 % опрошенных за полгода (с мая 1992 года) стали жить «гораздо хуже», 27,4 % — «немного хуже», у 20,7 % жизнь «осталась такой же», у 8,6 % — «немного лучше», у 2,3 % — «гораздо лучше»[120]. Опрошенные сравнивали жизнь с маем 1992 года, когда были получены ещё более худшие результаты в сравнении с началом года.[120]

Согласно государственному докладу «О состоянии здоровья населения РФ в 1992 году», в 1992 году произошло существенное ухудшение качества питания, при этом, сравнивая ситуацию с 1987 годом, «Отмечается вынужденная ломка сложившегося в прежние годы рациона питания, уменьшается потребление белковых продуктов и ценных углеводов, неизбежно сказывающегося на здоровье населения России и в первую очередь беременных, кормящих матерей и детей».[126] Согласно данным издания «Веста, статистика. 1993» в 1992 году (по сравнению с 1991 годом) потребление мяса и мясопродуктов сократилось на 14 %, молочной продукции — на 15 %, рыбы и рыбопродуктов — на 20 %, сахара и кондитерских изделий — на 13 %. Но увеличилось потребление хлеба и хлебопродуктов — на 4 %, картофеля — на 6 %.[120] Согласно данным Госкомстата калорийность дневного рациона в 1992 году снизилась всего на 3,5 % с 2526,88 килокалорий до 2438,17.[127] Как отмечает политик Владимир Милов «2438 килокалории в сутки в среднем на одного россиянина — это уровень, например, 2003—2004 гг».[128] Социолог Сергей Кара-Мурза писал: «Уже в 1992 г. произошло резкое и глубокое ухудшение питания большинства населения»,[126] а директор Института проблем рынка РАН Николай Петраков — что «именно при Гайдаре как раз и появились голодные люди»[21]. По данным Госкомстата ухудшение уровня жизни и питания началось до 1992 года. В 1991 году сократилась реализация основных продуктов питания: мясо и птица — на 21 %, молоко — на 13 %, масло животное — 18 %, масло растительное — 17 %, сахар — 20 %, картофель — 17 %, овощи — 22 %.[12]

Согласно докладу «О состоянии здоровья населения РФ в 1992 году», за 1992 год численность безработных увеличилась почти в 10 раз, составив к началу следующего года 577 тыс. человек.[129] Д.э.н., профессор Валентин Кудров в учебнике «Мировая экономика» пишет, что в 1991 году уже существовала скрытая безработица, достигавшая 35 % трудоспособного населения.[130]

Инфляция и дефицит бюджета

По утверждению экономиста Андрея Илларионова, после прихода Гайдара в правительство российские государственные расходы увеличились до 71 % ВВП в 1992 году, в то же время государственные доходы упали до 39 % ВВП.[131] В результате образовался бюджетный дефицит в 32 % ВВП, как писал Илларионов, «немыслимый для государственных финансов мирного времени». Инфляционная волна, созданная, по мнению Илларионова, усилиями Гайдара, в конечном счёте привела к отставке Гайдара и его правительства.[131] В статье сотрудников ИЭП им. Гайдара Л. Лопатникова, В. Назарова и С. Синельникова-Мурылева указывается, что приведённые Илларионовым данные за 1992 год рассчитаны по иной методике, чем данные за 1991 год, и содержат расходы, которые не учитывались в расчетах Госкомстата в 1991 году, так что никакого повышения государственных расходов при Гайдаре не произошло. Сопоставляя данные полученные по различным методикам «маститый экономист совершил элементарную ошибку» — указывают авторы статьи. Если рассчитывать государственные расходы 1992 года по методологии Госкомстата СССР, то они составили бы всего 33 % ВВП, то есть произошло понижение на 22 процентных пункта. Приведённая Илларионовым цифра бюджетного дефицита, по мнению авторов статьи, существенно преувеличена из-за преувеличения значения бюджетных расходов. Анализируя помесячную динамику расходов в 1992 году экономисты приходят к выводу, что значительный вклад в расходы (27 %) был осуществлён в декабре 1992 года уже после отставки Гайдара и не связан с его деятельностью. Подводя итог анализу данных Илларионова, авторы статьи пишут, что «там, где одни видят приговор, основанный на каких-то цифрах, пусть даже фальсифицированных, другие видят повод для дискуссии о сложностях переходного периода в России».[68]

Согласно докладу сотрудников Всемирного банка, государственные расходы 1992 года составляли 69,1 % ВВП.[132] Согласно расчетам ИЭПП, по итогам 1992 года государственные расходы вместе с бюджетными ссудами (за вычетом их погашения) оказались равными 65,1 % ВВП, в то же время государственные доходы составляли 40 % ВВП[64], из которых 25 % (10 % ВВП) составляли доходы внебюджетных фондов, дефицит федерального бюджета составил в 1992 году 29,4 % ВВП, этот же показатель без учёта субсидий импортёрам (прежде всего продовольствия), в основном профинансированных за счёт внешних кредитов, составил 18,9 % ВВП.[64]

Инфляция по итогам года в 1992 году составила 2609 %.[47] В результате гиперинфляции денежные вклады населения в Сбербанке, составлявшие более 100 млрд рублей, обесценились, что было воспринято как прямой грабёж со стороны государства.[34] Инфляция также ударила по оборотным средствам предприятий, вследствие чего возникла проблема неплатежей, ставшая многолетней.[34]

Остановка процессов дезинтеграции России

В 1990—1991 годах, пользуясь слабостью федерального центра и ситуацией распада СССР некоторые регионы России подняли вопрос о разграничений полномочий с федеральным центром и даже о своём суверенитете. В некоторых регионах вводились ограничения на вывоз товаров и продовольствия, региональные валюты и создавались местные политические партии.[133][134] Как рассказывал министр экономики в правительстве Гайдара Андрей Нечаев одной из наиболее сложных проблем был вопрос о разграничении полномочий с Татарстаном, руководство которого использовало вопрос о своём суверенитете для давления на центр, в том числе угрожая выходом из состава России. В результате тяжёлых переговоров правительства с руководством республики проблему удалось свести к новому распределению доходов от татарской нефти и расходов внутри республики. Если бы этот компромисс не был бы найден, Татарстан мог бы создать опасный прецедент.[38][77] Как пишет Нечаев[77]:

Угроза распада России или превращения ее в конфедерацию со слабым, аморфным центром была вполне реальной. Ее предотвращение я считаю одной из главных заслуг первого российского правительства.

Ещё более сложная политическая проблема сложилась с Чеченской республикой, однако, по словам Нечаева «экономический блок правительства был отстранен от чеченских дел», — заключить компромисс по татарскому образцу не удалось.

Переговоры о разграничении доходов шли и с другими регионами. В частности многие регионы требовали перехода на одноканальную систему сбора налогов — когда федеральному центру выплачивалась бы только определённая сумма, а все налоги оставались в местных бюджетах. Правительству удалось пресечь попытки введения одноканальной системы. По словам Нечаева она бы «ставила под сомнение федеративное устройство страны. Федеральный центр как бы переходил на положение иждивенца республик и областей».[38][77]

Как полагает Андрей Илларионов, утверждение о том, что Гайдар «спас» страну от «распада» является очередным мифом, создаваемым его друзьями (особенно Чубайсом)[135]. Абел Аганбегян, описывая тенденции децентрализации России к моменту начала экономических реформ, резюмирует: «дело шло к распаду России». По мнению академика, именно распространение рыночных отношений, включивших спрос на деньги в регионах, переломило ситуацию и предотвратило угрозу распада страны.[28]

Экономический рост

По мнению Олега Гаврилишина и Егора Гайдара, в завершающей стадии перехода от плановой экономики к рыночной начинается восстановительный рост экономики. На этом этапе потребности рыночного сектора оказываются равны или больше, чем трудовые, производственные и другие ресурсы освободившиеся из планового сектора (нерентабельных предприятий).[136][137] Гайдар писал, что этот механизм роста действовал в России до 2003 года, после чего рост приобрёл инвестиционный характер.[138]

Как отмечал экономист Гарвардского университета Маршалл Голдман, противопоставляя Россию странам Восточной Европы, экономический рост в европейских странах начался уже через два-три года после начала реформ[139]. В России же, по утверждению Голдмана, ВВП неуклонно падал вплоть до 1999 года и снизился за это время на 40-50 %[139]. В целом же реальный ВВП России восстановился до уровня начала 1990-х только во второй половине 2000-х годов[140]. Владимир Мау пишет, что во всех реформировавшихся странах «рост начинается в течение года после стабилизации». Россия не была исключением, хотя бюджетная стабилизация произошла здесь позднее чем прогнозировалось.[141] Академик РАН Абел Аганбегян пишет, что если бы правительство Гайдара не было отправлено в отставку в 1992 году и сохранило курс на борьбу с инфляцией, то Россия смогла бы оказаться в числе передовых стран по выходу из трансформационного кризиса. Причины затянувшегося спада академик видит в действиях следующих правительств России, проводивших мягкую бюджетную политику.[28]

Как пишет Гайдар, существуют различные точки зрения относительно факторов начавшегося в конце 1990-х роста: приход к власти Владимира Путина и политическая стабилизация, рост цен на нефть и обесценение рубля[137]. Однако Гайдар обращает внимание на то, что через несколько лет после начала перехода к рынку, рост экономики появился во всех странах Восточной Европы и постсоветского пространства. В России экономический рост начался в 1997 году, был прерван кризисом 1998 года и продолжился в 1999 году. Как указывал Е. Гайдар, это говорит о том, что на первоначальном этапе экономический рост носит общую восстановительную природу и является органическим следствием проводившихся реформ.[137][138]

Евгений Ясин писал, что возобновлению экономического роста в 1998 году «кроме девальвации рубля способствовали реформы Гайдара, пробудившие российский бизнес, создавшие рыночную экономику и придавшие ей энергию развития».[142] Также мнения о связи роста экономики и рыночных реформ 90-х придерживается шведский экономист, бывший советник правительства России[143] Андерс Аслунд.[144]

Экономист Станислав Меньшиков, проводя анализ факторов экономического роста, отмечает: «Утверждать, что за экономический рост последних лет надо кланяться и благодарить Гайдара, который, якобы, дорожку проторил, это, мягко говоря, весьма вольное обращение с фактами»[145]. В то же время Меньшиков, ссылаясь на доклад Всемирного банка, говорит о тех же факторах роста экономики в 1999—2002 гг., что и Гайдар в описании восстановительного роста: дозагрузка простаивавших мощностей и задействование избытка дешёвой рабочей силы.[145]

См. также

Библиография

  1. Гайдар Е. Т. Власть и собственность. — СПб. Норма, 2009. ISBN 978-5-87857-155-5
  2. Гайдар Е. Т. Дни поражений и побед. — М.: Вагриус, 1997. ISBN 5-7027-0497-5
  3. Гайдар Е. Т. Долгое время. Россия в мире. Очерки экономической истории. — М.: Дело, 2005. ISBN 5-7749-0389-3
  4. Лопатников Л. И. Перевал. К 15-летию рыночных реформ в России. — М.-СПБ.: Норма, 2006. ISBN 5-87857-114-5
  5. Нечаев А. Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. ISBN 978-5-9648-0318-8
  6. Герасимов Г. И. История современной России: поиск и обретение свободы (1985—2008). — М. Европа, 2008. ISBN 978-5-903464-04-3
  7. Глазьев С. Ю., Кара-Мурза С. Г., Батчиков С. А. Белая книга. Экономические реформы в России 1991—2001 гг. — М. Эксмо, 2003. ISBN 5-699-01367-9
  8. Мороз О. Так кто же расстрелял парламент? — М. Русь-Олимп, 2007. ISBN 978-5-9648-0169-6
  9. Стародубровская И. В., Мау В. А. Великие революции от Кромвеля до Путина. — 2-е изд.. — М.: Вагриус, 2004. ISBN 5-475-00007-7
  10. А. Безбородов, Н. Елисеева, В. Шестаков Перестройка и крах СССР. 1985—1993. СПб. Норма, 2010. ISBN 978-5-87857-162-3
  11. Травин Д. Я. Очерки новейшей истории России. Книга первая: 1985—1999. СПб. Норма, 2010. ISBN 978-5-87857-160-9
  12. Ясин Е. Г. Российская экономика: истоки и панорама рыночных реформ. Курс лекций. — М.: ГУ ВШЭ, 2002. ISBN 5-7598-0107
  13. Экономика переходного периода. Очерки экономической политики посткоммунистической России 1991—1997 под ред. Е. Гайдара — М.: 1998.

Ссылки

  • В.Федорин. Выбор пути. Почему осенью 1991 года Ельцин сделал ставку на Гайдара
  • Правительство Гайдара: день за днём

Примечания

  1. Выступление на седьмом Съезде народных депутатов РФ
  2. 1 2 3 4 5 6 Е. Ясин Глава 8 // Российская экономика: истоки и панорама рыночных реформ. Курс лекций.. — М.: ГУ ВШЭ, 2002.
  3. ↑ Экономика переходного периода. Очерки экономической политики посткоммунистической России 1991-1997 / Под ред. Е. Т. Гайдара. — М., 1998. — С. 92, 105.
  4. Записки Ю. В. Полетаева, В. В. Геращенко и А. П. Носко
  5. АНДРЕЙ НЕЧАЕВ: «ЕЛЬЦИН ЗАПРЕЩАЛ НАМ ЗАНИМАТЬСЯ ПОЛИТИКОЙ»
  6. Последний банкир Империи //интервью с Геращенко
  7. ↑ Власть и собственность. — СПБ.: Норма, 2009. — С. 129-141. — ISBN 978-5-87857-155-5
  8. Чешинский Л.С (Председатель комитета по хлебопродуктам) Гайдару Е. Т. (зам. Председателя Правительства РФ). Архив ЦБ. Д. 5088. 27.11.1991. Л. 169
  9. Бесплатных ланчей не бывает // Журнал «Коммерсантъ» № 35 (35) от 06.09.1993
  10. 10 телеграмм о приближающемся голоде
  11. 10 телеграмм о приближающемся голоде, ч. 2
  12. ↑ Часто задаваемые вопросы
  13. Секретный доклад Владимира Щербакова в Совет Федерации СССР
  14. Сигнал беды, посланный в никуда: чего опасалось правительство СССР за 3 дня до кончины //Известия 28 июня 1996 года
  15. ↑ Биографическая справка // Полит.ру
  16. ↑ Перевал. — М.-СПБ.: Норма, 2006. — С. 78-117. — ISBN 5-87857-114-5
  17. Вести. Ru: Чубайс: в 90-х Гайдар спас Россию
  18. Радиостанция «Эхо Москвы» / Передачи / ДПС / Четверг, 17.12.2009
  19. Черняев А. С. Дневник помощника Президента СССР. — М.: ТЕРРА, Республика, 1997. — С. 124–126.
  20. Институт экономического анализа
  21. ↑ Николай Петраков: «В Сколково приедут или шарлатаны, или американские шпионы»
  22. ↑ Шоковые Терапевты Россииской Экономики — От Гайдара До…
  23. Журнальный зал | Континент, 2001 N107 | Лариса ПИЯШЕВА — ╚Либеральной реформы в России не было и в ближайшее время не предвидится…╩
  24. Гайдар и его команда — Столетие. RU
  25. ↑ Григорий Явлинский. «Ельцина убедили в том, что советскую систему можно преодолеть, только разорвав страну на куски»
  26. ↑ Реформы в России 1990-х годов: об аргументах «за» // Социологические исследования, 2006, № 6. С. 114—122.
  27. Критика российских реформ
  28. ↑ О Е. Т. Гайдаре как о выдающемся реформаторе и учёном // Экономическая политика № 6 2010 г.
  29. Пять ошибок рыночных реформ в России
  30. 1 2 А. Нечаев Глава 6 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 176-178. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  31. ↑ Дни поражений и побед. — М.: Вагриус, 1997. — ISBN ISBN 5-7027-0497-5
  32. В. М. Полтерович «Стратегии институциональных реформ. Китай и Россия» // Журнал «Экономика и математические методы», 2006, Т. 42, № 2
  33. ↑ Интерфакс
  34. 1 2 3 4 5 6 Г. И. Герасимов, «История современной России: поиск и обретение свободы (1985—2008)», с. 89-91
  35. УКАЗ ПРЕЗИДЕНТА РФ ОТ 26.12.91 N 328
  36. УКАЗ Президента РФ от 29.02.1992 N 208
  37. ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПРАВИТЕЛЬСТВА РФ ОТ 19.02.92 N 121
  38. 1 2 3 4 А. Нечаев Глава 6 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 197. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  39. Раевский В. А. (заместитель министра финансов СССР) — Государственному совету. Об эмиссии денег и о состоянии Союзного бюджета. Архив ЦБД 4809. 18.11.1991.Л.24-26, 30.
  40. ↑ Так кто же расстрелял парламент?. — М.: Русь-Олимп, 2007.
  41. 1 2 3 4 5 Е. Ясин Глава 10 // Российская экономика: истоки и панорама рыночных реформ. Курс лекций.. — М.: ГУ ВШЭ, 2002.
  42. Власть и собственность. — СПБ.: Норма, 2009. — С. 129-141. — ISBN 978-5-87857-155-5
  43. А. Нечаев Глава 12 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 385. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  44. Закон О налоге на добавленную стоимость от 06.12.1991
  45. 1 2 А. Нечаев Глава 4 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 127-130. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  46. Закон О бюджетной системе Российской Федерации на I квартал 1992 года
  47. ↑ Индексы потребительских цен на товары и услуги населению по Российской Федерации в 1991—2009 гг. // Росстат
  48. 1 2 3 4 5 6 7 8 И.В. Стародубровская, В.А. Мау Глава 8 // Великие революции от Кромвеля до Путина. — 2-е изд.. — М.: Вагриус, 2004. — С. 304-305. — ISBN 5-475-00007-7
  49. «Экономические субъекты постсоветской России (институциональный анализ)» Глава «Откуда пошёл российский бизнес, или как возникла „экономика физических лиц“» // Под ред. Р. М. Нуреева. — Москва: Московский общественный научный фонд, 2001, cерия «Научные доклады»
  50. ↑ «Экономическая политика и поведение предприятий: механизмы взаимного влияния» Глава «Способы адаптации российских предприятий к трансформационному экономическому кризису» // М.: МАКС Пресс, 2009
  51. 1 2 А. Нечаев Глава 6 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 181. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  52. Е. Т. Гайдар Долгое время. Россия в мире Очерки экономической истории. — М.: Дело, 2005. — С. 395-397. — ISBN 5-7749-0389-3
  53. В. М. Сынчин Закон принят. Вопросы остались //Вестн. Челяб. ун-та. Сер. 9. Право. 2002. № 2
  54. ↑ Перестройка и крах СССР. 1985–1993. — СПб.: НОРМА, 2010. — С. 188. — ISBN 978-5-87857-162-3
  55. ↑ Так кто же расстрелял парламент?. — М.: Русь-Олимп, 2007.
  56. Разгон Верховного Совета. Интервью с экспертом
  57. Постановление СНД РФ от 11.04.1992 N 2690-1 «О ходе экономической реформы в Российской Федерации»
  58. А. Нечаев Глава 14 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 489. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  59. Декларация СНД РФ от 15.04.1992 N 2694-1 «О поддержке экономической реформы в Российской Федерации»
  60. ↑ Интервью Г. Бурбулиса П. Авену и А. Коху
  61. А. Нечаев Глава 11 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 351-358. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  62. 1 2 А. Нечаев Глава 12 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 372. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  63. ↑ Перестройка и крах СССР. 1985–1993. — СПб.: НОРМА, 2010. — С. 197. — ISBN 978-5-87857-162-3
  64. ↑ Экономика переходного периода. Очерки экономической политики посткоммунистической России 1991-1997 / Под ред. Е. Т. Гайдара. — М., 1998. — С. 176, 180-183, 192-200.
  65. А. Нечаев Глава 14 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 479. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  66. 1 2 А. Нечаев Глава 14 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 372-392. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  67. ГЕРАЩЕНКО Виктор Владимирович //Биография В. Геращенко
  68. ↑ Статистическая ошибка маститого экономиста // Научный вестник ИЭПП.ру № 3, 2008 г.
  69. Полная конвертируемость рубля: зачем и как?
  70. ФЗ от 9.10.1992 г. N 3615-1 «О валютном регулировании и валютном контроле»
  71. Аграрная реформа в России переходного периода
  72. «Такая вот костоломная машина…»
  73. Российская нефтяная промышленность: двадцать лет, которые потрясли мир
  74. Реформы по Гайдару //Эхо Москвы
  75. Стратегические ядерные силы
  76. ↑ Сокращение военной нагрузки на бюджет
  77. ↑ Парад суверенитетов
  78. ↑ Честный человек берет власть, только когда все плохо // Forbes 21 декабря 2009
  79. ↑ «Социальная защита населения. Российско-канадский проект». Глава «Социальные проблемы переходного периода» // Под ред. Н. М. Римашевской. — М.: РИЦ ИСЭПН, 2002
  80. ↑ «Драма духовной истории: внеэкономические основания экономического кризиса» Раздел «Экономические основания многополярного мира» // М., «Наука», 2002
  81. Экономический анализ и статистическое моделирование аграрного производства: монография // Мичуринск: Изд-во Мичурин. гос. аграр. ун-та, 2007
  82. Глазьев С. Ю. Геноцид. — М.: ТЕРРА, 1998. — 320 с.
  83. 1 2 Е. Ясин Глава 7 // Российская экономика: истоки и панорама рыночных реформ. Курс лекций.. — М.: ГУ ВШЭ, 2002.
  84. ↑ О. Гаврилишин Пятнадцать лет преобразований в посткоммунистических государствах
  85. ПОЛИТИКА РЕФОРМ, НАЧАЛЬНЫЕ УСЛОВИЯ И ТРАНСФОРМАЦИОННЫЙ СПАД //«Экономика и математические методы», 2006, Том 42, № 4
  86. Я. Корнаи «Трансформационный спад» // Вопросы экономики, № 3 1994 год
  87. O. Blanchard, M. Kremer Disorganization //MIT Department of Economics Working Paper No. 96-30
  88. O. Havrylyshyn, R. van Rooden Recovery and Growth in Transition Economies 1990-97: A Stylized Regression Analysis // IMF Working Paper No. 98/141
  89. http://www.imf.org/external/pubs/ft/fandd/rus/2004/09/pdf/counterp.pdf
  90. J.D. Sachs and Wing Thye Woo Structural Factors in the Economic Reforms of China, Eastern Europe and the Former Soviet Union // Working Papers, California Davis — Institute of Governmental Affairs
  91. Jeffrey Sachs, Wing T. Woo, Stanley Fischer, Gordon Hughes Structural Factors in the Economic Reforms of China, Eastern Europe, and the Former Soviet Union // Economic Policy, Vol. 9, No. 18. (1994), pp. 101—145
  92. Е. Т. Гайдар Долгое время. Россия в мире Очерки экономической истории. — М.: Дело, 2005. — С. 305-306. — ISBN 5-7749-0389-3
  93. Я предпочел бы мягкие, постепенные реформы… // Русский журнал
  94. Откуда пошли реформаторы. Интервью с Егором Гайдаром // Полит.ру
  95. ↑ Реформы и институты: взгляд экономиста // НЛО 2007, № 83
  96. ↑ http://members.tripod.com/VM_Polterovich/StrategiesReformEMM2.pdf
  97. Инион Ран
  98. Критика российских реформ
  99. 1 2 Е. Т. Гайдар Долгое время. Россия в мире Очерки экономической истории. — М.: Дело, 2005. — С. 361-399. — ISBN 5-7749-0389-3
  100. Shleifer A., Treisman D. (1999). Without a Map: Political Tactics and Economic Reform in Russia. Cambridge, Ma.: The MIT Press.
  101. Критика российских реформ
  102. Журнал Аудит и финансовый анализ — Теория и практика финансового анализа, инвестиции, менеджмент, финансы, журналы и книги, бизнес-планы реальных предприятий, программы инвест…
  103. Экономика переходного периода. Очерки экономической политики посткоммунистической России 1991-1997 / Под ред. Е. Т. Гайдара. — М., 1998. — С. 789.
  104. Критика российских реформ
  105. А. Нечаев Глава 4 // Россия на переломе. — М.: Астрель, 2010. — С. 116-120. — ISBN 978-5-9648-0318-8
  106. Трудный выбор. Экономическое обозрение по итогам 1989 года //Коммунист, 1990 г., № 2
  107. В начале новой фазы. Экономическое обозрение //Коммунист, 1991 г., № 2
  108. Рождение рыночной экономики в России
  109. ↑ Экономика переходного периода. Очерки экономической политики посткоммунистической России 1991-1997 / Под ред. Е. Т. Гайдара. — М., 1998. — С. 827-838.
  110. ↑ http://members.tripod.com/VM_Polterovich/SovrSostTeorRefENSR2008_1.pdf
  111. Власть и собственность. — СПБ.: Норма, 2009. — С. 291. — ISBN 978-5-87857-155-5
  112. Мфит / Реформа Оборонного Комплекса / Военный Вестник / Парадоксы Российской Демилитаризации
  113. Неприлично во всех грехах обвинять прежнюю власть // Forbes
  114. ↑ http://www.ecsocman.edu.ru/data/301/967/1216/08-Shulunov.pdf
  115. Экономическая теория: Учебник. — 3-е изд., перераб. и доп. — М.: Юрайт-Издат, 2005. С. 199.
  116. Уринсон Я. М. Достижения и ошибки реформаторов
  117. http://www.electronics.ru/files/article_pdf/1/article_1447_659.pdf
  118. Виталий Шлыков "Назад в будущее, или Экономические уроки холодной войны. " / «Россия в глобальной политике»
  119. ВОЕННЫЙ ПАРАД. Май-Июнь
  120. ↑ Обнищание «народных масс» России :: Федеральный образовательный портал — ЭКОНОМИКА, СОЦИОЛОГИЯ, МЕНЕДЖМЕНТ
  121. Реальные располагаемые денежные доходы в % к предыдущему году // Росстат
  122. Римашевская Н. М. Человек и реформы: Секреты выживания. — М.: ИСЭПН РАН, 2003. — 392 с.
  123. Письмо председателя Госбанка СССР В. В. Геращенко
  124. Гайдар Е. Т. «Гибель империи». — М. РОССПЭН, 2006. — Табл. 8.1 и 8.2
  125. ГА РФ. Ф. 5446. Оп. 163. Д.41. Л. 28
  126. ↑ Раздел 2 Производство и потребление продуктов питания в РФ
  127. Госкомстат
  128. Реформы Гайдара
  129. http://www.rau.su/observer/N12_94/12_03.htm
  130. Мировая экономика. Учебник.. — М.: Юстицинформ, 2009. — С. 309. — ISBN 978-5-7205-0935-4
  131. ↑ Слово и дело // «Континент», 2007
  132. Россия: проблемы политики государственных расходов
  133. После семи лет укрепления властной вертикали в регионах снова набирают силу сепаратистские тенденции
  134. ОБ ОГРАНИЧЕНИИ ВЫВОЗА ТОВАРОВ НАРОДНОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ ИЗ РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ
  135. Журнальный зал | Континент, 2010 N145 | Андрей ИЛЛАРИОНОВ — Трудный путь к свободе
  136. A Decade of Transition: Achievements and Challenges. / Edit. O. Havrylyshyn, S. M. Nsouli. — Washington, D.C, 2001. — С. 88-89.
  137. 1 2 3 Е. Т. Гайдар Долгое время. Россия в мире Очерки экономической истории. — М.: Дело, 2005. — С. 399-402. — ISBN 5-7749-0389-3
  138. 1 2 Е. Т. Гайдар Долгое время. Россия в мире Очерки экономической истории. — М.: Дело, 2005. — С. 411. — ISBN 5-7749-0389-3
  139. ↑ Маршалл А. Голдман :: Пиратизация России: российские реформы идут наперекосяк
  140. Макроэкономические и институциональные предпосылки успешного развития финансового сектора
  141. Долгосрочные вызовы развития России и научное наследие Е. Т. Гайдара //Экономическая политика № 6 2010
  142. Памяти Егора Гайдара //Экономический журнал ВШЭ 2010, Том. 14 № 1
  143. Biography: Anders Aslund
  144. Разоблачая грандиозный миф о президенте Путине //The Moscow Times 29/11/2007
  145. ↑ Критика российских реформ


Tags: Реформы правительства ельцина гайдара, реформы правительства ельцина гайдара кратко.